<<ВЕРНУТЬСЯ

ДЕВИЗ ЕГО ЖИЗНИ

ВПЕРЕД>>
Аталай - турецкая фамилия Махмуда Наго, великого борца и тренера. Его дед был шапсуг, бабушка - кабардинка. В результате Русско-Кавказской захватнической войны они были вынуждены переселиться в Отоманскую империю в 1893 году. Отцу Махмуда, Ибрагиму Наго, тогда было всего семь лет. Махмуд родился в 1934 году в шапсугском селении Дже-рибей, вилайет Чорум, Турция. Дорогу в жизнь ему пришлось пробивать самому. К счастью, Бог наделил его большой физической силой и упорством. Как и все черкесские мальчишки, Махмуд в детстве увлекался адыгскими народными играми;
потом, в подростковом возрасте, его захватила традиционная национальная борьба. "Я начал бороться в 10 лет", - вспоминает он. Так бывало со всеми адыгскими мальчиками, ибо никакие игры, никакие свадебные торжества и вообще никакой обрядовый праздник не обходились без национальной борьбы. Однако не каждый, кто увлекался борьбой, и даже не каждый силач становится борцом - для этого нужен талант. Можно не сомневаться: если бы Махмуд не выделялся среди сверстников своими способностями к искусству борьбы, то вряд ли он попал бы в большой спорт, хотя в то время ни сам он и никто другой не мог предположить, какой выдающийся спортивный талант зреет в турецкой провинции.
До 1955 года он тренировался в составе одной из клубных команд. Но в тот год его призвали в армию, и ему повезло по-настоящему: он попал в ученики к знаменитому Адылю Жан-демиру, чемпиону Европы и талантливому педагогу. "Яшар Догу воспитал Адыля Жандемира, - говорит Махмуд, - Адыль Жандемир воспитал меня. Яшар был нашим главным учителем". Нельзя не обратить внимание на это обстоятельство: как правило, турецкие мальчики черкесского происхождения после овладения приемами адыгской и народной борьбы попадали в ученики к выдающимся борцам адыгской национальности, которые, завоевав высокие титулы чемпионов Европы, мира, Олимпийских игр, уходили на тренерскую работу и передавали свои знания и опыт не только туркам, но и выходцам с Кавказа, особенно щедро - соплеменникам. Эта преемственность сохраняется и теперь: "Мои ученики стали тренерами и имеют тоже учеников-адыгов..." - говорит Махмуд.
Первый спортивный успех пришел к Аталаю в 1959 году, когда ему исполнилось 25 лет: на чемпионате Турции он завоевал свою первую золотую медаль. Кому-то может показаться, что это не бог весть какой успех, но если мы вспомним, что в то время борцовская команда этой страны являлась сильнейшей в мире и с мировых чемпионатов (1951, 1957гг.) и Олимпийских игр (1960г.) увозила половину, а то и больше половины (шесть из восьми) золотых медалей, а в общекомандном зачете занимала первые места, то станет ясно, что первая награда Махмуда Аталая была очень высокого достоинства. М. Аталай и впоследствии не раз завоевывал первые и вторые места на международных встречах, где собирались выдающиеся атлеты. По признанию самого Махмуда, он в 1959 году в Бейруте стал чемпионом "малой олимпиады" стран Средиземноморья, потом еще раз завоевал этот титул;
кроме того, трижды удостаивался золотой медали на Балканских чемпионатах, а на европейских соревнованиях дважды выходил на второе место. Многие известнейшие богатыри могли быть вполне счастливы подобной судьбой, но только не М. Аталай. О своих региональных победах он рассказывает теперь с юмором. Один из этих рассказов я позволю себе при-
вести. Однажды на одном из Балканских соревнований борцов - это было в Софии - Махмуду предстояла трудная финальная схватка с болгарским атлетом. Он назвал его фамилию - Дерменчиев. "Перед финалом,- рассказывает М. Аталай, - мои пальцы прищемило дверью, одну из костей даже сломало. Пальцы болели, и я не знал, как быть: бороться или отказаться? Если я выиграю финал, то наша команда выходит на первое место, если не выиграю, она оттесняется на второе. Меня одолевали сомнения, когда Яшар подошел ко мне. "О чем думаешь?- спросил он. - На тебя смотрит все Турецкое государство. Разве ты не черкес!" Он сразу рассеял мои сомнения и внушил уверенность, будто мне все под силу, и я тогда выиграл финальный поединок". В этом пассаже ярко проявился национальный характер - не показывать слабость ни в какой ситуации: со сломанным пальцем пойти на схватку с финалистом, да еще выиграть! Этот поступок напоминает поведение наших предков в экстремальных условиях - предания и история помнят немало подобных примеров: Мисост Катей с перебитой ногой возвращался домой в седле, стесняясь переходить на носилки - что подумают люди! "Боль, ей-богу, не причина, чтобы слезы лил мужчина",- говорили наши отцы. И второй момент, на который следует обратить внимание:
Махмуд рассказал об этом случае не ради похвальбы, а исключительно для того, чтобы показать, как умел его учитель Яшар Догу словом своим повлиять на ученика, найти самый правильный подход к любому из своих воспитанников. Махмуд так и предварил рассказ: "Я никогда не забуду, как Яшар Догу умел разговаривать с каждым". Характер Аталая действительно был чемпионский, но его путь к Олимпу оказался далеко не легким и не коротким. Седьмой чемпионат мира в Софии (1963г.) показателен в этом отношении. Для турецкой команды он оказался печальным: легендарная сборная была отодвинута на "низшую", то есть третью ступень пьедестала почета: только К. Яньилман завоевал софийское золото, X. Каплан - серебро. А как складывалась судьба нашего героя, для которого эти соревнования были первым турниром мирового класса? Он победил олимпийскую надежду Ирана А. Мо-
вахеда, выдающегося болгарского силача Е. Вылчева, шведского чемпиона Енсена, однако потерпел поражение от японского атлета И. Хориучи и советского богатыря 3. Бериа-швили, которым он это "припомнит" впоследствии. Махмуд был оттеснен на четвертое место. В чемпионы вышел японец, в серебряные призеры - советский борец.
Обидно, конечно, что наш соплеменник не стал даже призером чемпионата мира, но всезнающие спортивные журналисты оценивали его выступление по-другому: "Можно не сомневаться, - писала софийская газета "Новый свет",- что Махмуд Аталай взойдет на те вершины спортивной славы, о которых мечтает каждый спортсмен, его звезда уже видна на горизонте". До этого часа оставалось еще три года. Возможность взойти на спортивный Олимп представилась ему в 1964 году в Токио, где в составе турецкой сборной Аталаю посчастливилось участвовать в XVIII Олимпийских играх в весе до 70 килограммов. Ему удалось нанести поражение четырем светилам, в том числе отплатить за прошлые "обиды" И. Хориучи и 3. Бериашвили. Уже мало кто сомневался, что токийское золото предназначено М. Аталаю. Ему надо было еще победить болгарина Е. Вылчева и немца К. Роста. Но неожиданно фортуна отказала ему и золото преподнесла болгарскому атлету, который стал чемпионом XVIII Олимпийских игр. М. Аталай опять откатился на четвертое место. Однако неожиданная неудача не выбила из колеи Аталая: он с еще большим упорством и волей к победе продолжал тренироваться, наливаясь силой и обогащаясь опытом.
Через год, в 1965 году, на восьмом Манчестерском чемпионате М. Аталай в своем весе становится бронзовым призером, отбросив на четвертое место чемпиона Токийской олимпиады Е. Вылчева и на шестое - чемпиона мира 1963 года И. Хориучи. Махмуд упорно шел к заветной цели, но нынешний важный для него успех мало что дал турецкой сборной; она даже выпала из тройки призеров. Турецкие болельщики, большие патриоты своей борцовской команды, восприняли эту осечку как национальное несчастье. Нужны были великие мастера искусства борьбы, такие, как Я. Догу и X. Каплан, М. 
Дагестанцы и А. Айлык, чтобы спасти спортивную честь страны и успокоить страсти чрезмерно горячих болельщиков. И эту нелегкую роль спасителя пришлось выполнить великому шапсугу М. Аталаю, сыну Ибрагима Нагоя. Это произошло на девятом чемпионате мира, который проходил в 1966 году в США. Вопреки своему обыкновению перед каждым турниром сбрасывать до 7 килограммов, здесь он решил, по совету тренеров, бороться в весе 78 килограммов. Установка была правильной: изнуряющий труд по спусканию "лишнего" веса не способствовал мобилизации всех сил организма. Сейчас он был в прекрасной форме. Хотя в этом весе ему противостояли самые грозные атлеты - американец Л. Кауфман, иранец X. Техами- японец И. Ватабанэ, двукратный чемпион мира из Советского Союза Гурам Сагарадзе,- Махмуд не чувствовал робости- он был уверен в себе, его движения были точными как никогда. Махмуд Аталай поверг пять богатырей. Гурам Сагарадзе тоже выиграл пять схваток. Оба вышли в финал. Судьбу золотой медали чемпионата должно было решить единоборство. От исхода этой схватки зависело и то, какой команде взойти на первую ступень пьедестала почета - СССР или Турции.
Но перед финалом Махмуд неожиданно заболел, температура подскочила высоко. В такой ситуации не выходят на ковер, а ложатся в больницу. Казалось опять фортуна преподносит Г. Сагарадзе золотую медаль чемпиона мира, уже в третий раз! Но у Аталая был адыгский характер, его воля к победе закалялась во многих региональных, европейских и мировых чемпионатах- Это был уже тот Аталай, который и судьбе не покорялся. Вероломной фортуне он сказал "нет!" и решил выйти на ковер. "...Врач пытался запретить мне бороться, - рассказывает Махмуд. Но разве можно отступить, когда ты уже сделал больше половины того, что надо было сделать, когда ты победил столько борцов и золотая медаль уже сверкает перед твоими глазами! "Буду бороться!" - настаивал я. "Ты болен, может случиться несчастье", - не унимался врач. "Если суждено умереть, то пусть умру на арене!" - не уступал я. Тогда врач взял у меня расписку в том, что он не отвечает за возможные последствия. Я вышел на ковер и победил Сагарадзе".
Махмуд Аталай впервые завоевал титул чемпиона мира и вывел турецкую сборную на первое место. Второе досталось СССР, третье - США. Чемпиону мира было 32 года, и он находился в расцвете сил своего дарования.
Затем Аталай два года готовил весь свой спортивный и волевой арсенал к предстоящей Олимпиаде. В Мехико он поехал невозмутимый и уверенный в себе... Но его невозмутимость и уверенность были результатом нечеловеческой выдержки:
многоопытный борец, он знал, сколь изменчива фортутуна, и в глубине души не мог не волноваться, хотя сделал все возможное, чтобы не зависеть от этой коварной дамы.
Итак, 1968 год, XIX Олимпийские игры в столице Мексики. Махмуд Аталай выступал в весе 78 килограммов. Он убедительно победил всех соперников. Их было шесть - уверенных в себе геркулесов. Но финальный поединок с французским атлетом Д. Робэном, решившим любой ценой увезти олимпийское золото, был весьма своеобразным. Дело в том, что этот потомок куртуазных рыцарей решил не придерживаться обычных олимпийских норм борцовской этики. В предварительных схватках он одолел трехкратного чемпиона Европы Юрия Шахмурадова, которого называли "профессором вольной борьбы". Сам Аталай не сумел его победить. Но здесь Ю. Шахмурадов уступил не силе, не технике, не опыту, а хамской грубости и недозволенным приемам, к которым оказались снисходительны судьи. И в финальном поединке француз рассчитывал на этот, с позволения сказать, метод. Но М. Аталай оказался не по зубам грубияну. Турецкий борец видел его поведение на ковре и сделал свои выводы: он обрушил на Д. Робэна каскад своих приемов, но также обратил против него его же грубости. Растерянный Робэн не смог устоять. Вот что писала об этом единоборстве газета "Советский спорт": "Вот уж у кого нужно было поучиться нашему Ю. Шахмурадову, так это у Аталая. Турецкий борец вел себя так же грубо и агрессивно, как сам Робэн в схватке с нашим борцом. Психологически сломив волю и азарт французского борца, Аталай затем довел поединок до победного конца и стал олимпийским чемпионом". Так оправдалось предсказание газеты "Новый свет": Махмуд Аталай взошел на вершину спортивной славы.
Великий шапсуг в зените спортивной славы, непобежденный и непобедимый, оставил арену в 1969 году и перешел на тренерскую работу, которой отдал 15 лет. Воспитал немало даровитых борцов, среди которых были и черкесы. "Если ты черкес, ты всегда должен быть впереди", - говорил он. Это девиз всей его жизни. Поэтому к своим ученикам-адыгам относился особенно строго и требовательно.
Махмуд Аталай живет в Анкаре, имеет двух дочерей и сына. От государства получает пенсию, какая положена военным. Держит небольшой ресторан, где и сам трудится наравне со всеми работниками - то клиентов встречает, то распоряжения отдает: он вечный труженик как в спорте, так и в быту. Махмуд Аталай всегда осознавал, что он турецкий спортсмен, и верой и правдой служил своей стране, но никогда не забывал свою кровную принадлежность к черкесскому этносу. В схватке он постоянно думал: "Я черкес, я должен быть всегда впереди".
  Реклама:

 

АДЫГСКИЙ  (ЧЕРКЕССКИЙ) САЙТ  ИСТОРИЯ ОДЕЖДА СЕРЕБРО ОРУЖИЕ КУХНЯ СПОРТ

 

Используются технологии uCoz